Развитие представлений о культуре в философской мысли от античности до современности


Культура стала объектом специального теоретического интереса и получила статус самостоятельного научного понятия в эпоху Нового времени. По свидетельству немецкого лингвиста И. Нидермана, термин "культура" существует лишь с XVIII в. Но отсутствие устоявшегося понятия не означает отсутствия самой культуры как таковой.
Проявления культуры бесконечны. Можно говорить о культуре человечества, о культурах различных эпох (античная, средневековая и др.), о культурах различных этносов и стран (русская и России, французская и Франции), о религиозных культуры (буддийская, исламская, христианская), культуры различных социальных и профессиональных групп (крестьянская, помещичья, городская и др.), а также о культуре отдельных личностей (Пушкина, Конфуция, Ганди).
Многогранность культуры нашла свое отражение в многочисленных попытках ее определения и в разнообразии самих подходов к ее определению (антропологический, философский, социологический). В 1964 г. американские ученые А. Кребер и К. Клакхон собрали 257 определений культуры, и, по мнению Л. Кертмана, к 1987 г. численность их удвоилось. Эта многозначность свидетельствует не только о все более активное обращение ученых к проблемам культуры, но и главным образом об объективных сложности и многогранности самого феномена культуры. В настоящее время существует уже более тысячи определений культуры.
Уже в античном обществе культура как совокупность навыков и умений, а также результатов деятельности человека была отделена как предмет осмысления. Согласно мнению древнегреческого философа Протагора, возникновением материальной культуры, развитием общественной жизни люди обязаны богам. Демокрит, напротив, считал, что творец культуры - человек. Она создает культуру, подчиняясь своим потребностям и подражая природе. Древние греки различали естественное и нравственное как два противодействующих друг другу начала и подчеркивали преимущество греков над варварами.
Древнегреческая культура ("Пайдея") сделала человека "мерой всех вещей". Даже греческие боги человекообразные. И не только за внешним подобием, но и за поведением. Они не отнимали у человека его способности мыслить и иметь свое мнение каких о чем, в том числе и о волю богов. Греческие храмы также соотнесены с человеком, с мерой ее религиозно-мифологических представлений и с ее художественно-эстетическим идеалом.
Демократическая и гуманистическая направленность древнегреческой культуры позволила обеспечить европейской культуре ведущее место в мире в течение двух тысячелетий.
Значение греческой культуры в том, что она открыла человека-гражданина, провозгласив верховенство его разума и свободы. Но несмотря на это, мыслители Древней Греции еще не выработали понятие "человек вообще". Аристотель считал, что люди рождаются уже или свободными, или рабами. Вместе с тем древнегреческая культура заложила фундамент развития
науки и техники в западноевропейских странах, обогатила цивилизацию мифами, которые стали символами разных культурных традиций.
Свой вклад в понимание культуры внесли и древнеримские мыслители. Так, Цицерон, римский оратор, учил культивировать душу и ум, чтобы не превратиться в варваров. Он считал, что только Рим может быть образцом культуры. Республиканское устройство не исключал разницы интересов между обществом и гражданином и одновременно позволял их примирить. Ради высшей цели - развитию республики - граждане и общество должны идти на самоограничения. Противоположностью варварства является культура, и поэтому самое главное в Римской республике то, что она - государство культуры.
Культура для Цицерона мыслилась в особом укладе жизни, где духовное состояние человека и общие интересы общества находятся в противоречивых и неразрывном единстве. Поэтому сферой и формой культуры в Риме стало слово как соединяющая и соединяющая сила. Цицерон считал, что слово становится необходимой формой идеальной республики, с помощью которой можно решить любые противоречия. Но цицеронивська культура чем дальше, тем больше связана с обеспеченностью и досугом, которых не имели массы простых римских граждан, из закабалением, которому массы подлежали. Это делало культуру морально уязвимой делом. Такой взгляд на культуру не простили Цицерону и ранние христиане, что первые указали на эту сторону принципов римского оратора, а впоследствии и многие другие исследователи выступили против культуры как привилегии.
После Цицерона наступает значительный исторический провал; почти не существует теоретических исследований, специально предназначенных проблемам культуры. Лишь в XVIII в. человечество вновь возвращается к проблемам культуры, создавая многочисленные разведки различных мнений и подходов.
Однако отсутствие теоретических работ вовсе не свидетельствует об отсутствии самого явления в жизни. Проблемы культуры встраиваются в наиболее значимые для данной эпохи системы ценностей, сливаются с ними, подчеркивают их оригинальность.
Учитывая опыт цицеронивського понимание культуры, средневековья вынесло культурный идеал за пределы реального бытия, чем сделало неуязвимым для повседневности.
В средневековье наступает переосмысление фундаментальных принципов культуры. Главной ценностью становится Бог: этот принцип реализован в "Символе веры".
Архитектура и скульптура стали "Библией в камне". Литература насквозь была пропитана религией и верой. Живопись отражал библейские сюжеты в линии и цвете. Музыка имела религиозный характер. Философия была "служанкой богословия". Этика и право разрабатывали заповеди христианства. Семья считалась священным союзом. Господствующие нравы, образ жизни подчеркивали свое единство с Богом и свое пренебрежение земным чувственным миром. Последний рассматривался как временное пристанище человека, где христианин - лишь путешественник, пытается добраться вечной обители Бога и ищет пути, как стать достойным этого.
Средневековая культура была единым целым, все части которого выражали один и тот же принцип: бесконечность и всюдисутнисть Бога всемогущего, абсолютно справедливого, мудрого творца мира и человека.
Наиболее развернутая картина христианского понимания культуры у Августина Блаженного (354-430), религиозного мыслителя средневековья. Св. Августин считал, что ориентация человека на человека не должна иметь места. Жизнь по Богу - это единственное, что достойно человека. Добродетель тем выше, чем большим может пренебречь индивид. Поэтому Блаженный Августин различает блага человеческой жизни на те, которые нужно лелеять, и на те, которыми надо только пользоваться. К первым относится любовь к Богу как вечного добра и источника всякого существования, ко вторым - все блага реального мира. Без благ невозможно прожить, ими необходимо пользоваться, но любить их и привязываться к ним - это значит входить в противоречие с христианской моралью: земные блага - только средства для культивирования внеземних ценностей.
Средневековое мышление породило идею бесконечного самосовершенствования индивида, для которого культура - форма диалога с универсальной системой нравственных координат, которые воплощены в Абсолюте.
Эпоха Возрождения открывает новый этап в осмыслении культуры. Индивид приобретает все большую самостоятельность. Отсюда растут его новая самосознание и новая собственная позиция. Гордость и самоутверждения собственной силы и таланта становятся признаком человека эпохи Возрождения. В противоположность средневековой человеку, считала себя обязанной Богу, индивид Возрождение приписывает свои заслуги собственным качествам.
Эпоха Возрождения дала миру много выдающихся индивидуальностей. Дело здесь, перед все, в том, что сама общественное сознание подталкивала к культивированию индивидуальности у людей, их мастерства, предприимчивости.
В эпоху Возрождения формируется совершенно новая самосознание человека. Хотя мыслители Возрождения и призывали вернуться к античности и учиться у природы, их точка зрения существенно отличалась от древнегреческой. На первом плане сейчас стоит не столько природа, сколько Художник. Художник, следуя природе, должен ее превзойти и проявить свой талант. Пико делла Мирандола, философ Возрождения, считал, что Бог дал свободную волю человеку и поэтому она должна сама решать свою судьбу, определять свое место в мире. Человек - не просто создана существо, а творец самого себя, и тем отличается от природы. В этом он видит залог бесконечных возможностей человека, которому "... дано владеть тем, чем пожелает, и быть тем, чем захочет!
Такой силы, такой власти над сущим и над самой собой человек не испытывала ни в античности, ни в средневековье. Только в эпоху Возрождения она осознает себя творцом (Демиургом), ничем не ограниченным - ни природой, ни Богом. Вот почему в эпоху Возрождения такого символического значения приобретает фигура Художника. В ней наиболее полно отражается глубинная идея Ренессанса - идея человека-творца, стала на место Бога. Теперь в своей деятельности человек создает мир, красоту, саму себя.
Однако стремительно шагающая культура Возрождения внезапно потеряла темпы своего развития. Вместе с экономическими и социально-политическими причинами предстает мировоззренческая переадаптации человека. Прежде всего это переосмысление человеческой свободы: свобода носит двойственный характер. Индивид приобретает свободу, но при этом освобождается от связей, дававших ему чувство уверенности и принадлежности к какой-либо общности. Человек уже не может прожить в мире, центром которого была сама: мир стал безграничным и угрожающим. Потеряв свое определенное место в этом мире, человек потерял и ответ на вопрос о смысле жизни. Рай потерян навсегда; человек остался наедине со своим миром, безграничным и угрожающим. Б. Паскаль, один из мыслителей того времени, писал, что человек не может постичь небытие, из которого возникла, и бесконечность, в которой растворяется.
И по требованию Паскаля отказаться от самонадеянный исследования природы и заняться созерцанием творений Всевышнего культурологи ХVII-ХVIII вв. в центр общественной жизни поставили разум человека. "Знание - сила", - говорит Ф. Бэкон. "Я мыслю - значит, я существую", - говорит Р. Декарт.
XVIII в. становится веком интеллектуального штурма идеи культуры.
Идеологи Просвещения в своих размышлениях о культуре идут уже не от ума к природе, а от природы к разуму. Тезис "человек разумный" свидетельствует, что человек должен подражать природе, в чем и заключается человеческая мудрость. Тезис "природа умная" предусматривает, что природа рождает умных людей. Она рациональна в том смысле, что человек, следуя законы природы, может и должна стать счастливой, ее желание счастья соответствуют законам природы. Природа умна, ибо разум людей принимает ее законы, и рано или поздно последует их, и в конце концов в действиях людей законы берут верх.
Просветители уверены в том, что на этой основе возможен прогресс, расцвет ремесла, науки и искусства. У них формируется вера в особую роль Просвещения в социальном развитии. Так, К.О. Гельвеций причину несчастья людей видит в невежестве, которое с течением времени себя изживе именно благодаря революции в умах людей.
Под влиянием этих идей формируется просветительская модель культуры. Деятели этой эпохи Вольтер, Кондорсе, Тюрго сводили содержание культурно-исторического процесса к развитию ума. Культурность нации или страны содержится в "разумности" их общих порядков, политических учреждений и измеряется совокупностью достижений в науке и искусстве. Цель культуры - сделать всех людей
счастливыми, живущих в гармонии с потребностями своей природы.
И. Гердер (1744-1803) - один из самых влиятельных мыслителей Германии, выдвинул концепцию культуры, которая разработана в книге "Идеи к истории философии человечества" (1791). Она имела существенное влияние на дальнейшее развитие культурологических концепций.
Культура, по мнению Гердера, - результат космо-и биогенеза. История
общества непосредственно примыкает к истории природы, сливается с ней. Культурные силы, дремлющие в лоне природы, выходят из нее и начинают действовать самостоятельно. Толчком становится язык: "... всякий ум, всякое искусство человека начинаются с языка" (И. Гердер).
Для Гердера язык - не просто показатель перехода человека к культуре, но и связующее звено от одного поколения к другому. Таким образом, речь выполняет трансляционную функцию по передаче опыта и формирует такое качество культуры, как воспроизведение прошлого. Прошлое играет роль воспитателя.
Речь не только сплотила людей, но и способствовала развитию науки, ремесел, искусства. Человек становится не только умным, но и деятельным.
Смысл культуры Гердер видит в гуманизации культуры и общества. Гуманность соответствует природе человека. Если люди не достигли такого состояния, то должны винить только себя. Никто из горы не поможет им, но никто и не связывает им руки. Вся история народов является школой соревнования на самое быстрое достижение гуманности. Никакой деспотизм, никакие традиции не могут задержать его. Человек имеет право на счастье, именно в этом мире она должна осуществить гармоничное развитие своей личности. В этом и содержится гердеровська идея понимания культурно-исторического прогресса.
Критически отнесся к оптимизму просветителей Ж.-Ж. Руссо (1712-1778). Он считал, что общественный прогресс имеет место, но он полон противоречий. Рост просвещения, по мнению Руссо, не тождественно росту человеческой мудрости.
Идея Руссо о противоречивости прогресса связана с осознанием видчуждення. Видчуждення - социальный процесс, характеризующийся обращением деятельности человека и ее результатов в самостоятельную силу, которая господствует над человеком и враждебная к ней. Объективное развитие общества и интересы индивидов не совпадают.
Руссо называет несколько состояний видчуждення: политическое (видчуждення правителей от их подданных и потребностей государства), социально-экономическое (частная собственность порождает социальное бедствие), моральное (стараясь жить лучше, люди приходят к моральному оскудением), психологическое (с развитием общества людей одолевает чувство одиночества), общекультурные (лживость и фальшь проникают в искусство, науку и отношения между людьми).
Руссо чувствовал внутреннюю связь этих пороков, вызванных разницей индивидуального и общественного, видчужденням социальных институтов от личного счастья и морального призвания человека. Развивается моральное оскудением.
Нравственное оскудением перерастает в опустошенность личности. Чувствуя себя двоякой - и свободной и рабыней одновременно, - человек пытается вернуться к себе, к природе, но в условиях искаженной цивилизации это невозможно. И финалом видчуждення, его кульминацией становится общий "разлом" культуры.
Отсюда и призыв Руссо "вернуться к истокам", бежать от всего социального, рассудительного к естественному, сентиментально искреннего, податься от культуры к природе.
Понятно, что Руссо идеализировал прошлое, но он не призывал буквально назад, к первобытному состоянию, когда люди не знали ни искусств, ни наук. Идеал Руссо находился в будущем, которое должно было возродить ряд черт прошлого "естественного состояния".
Выход из коллизии между человеческим идеалом и "гримасами" цивилизации пытались найти Кант, Шиллер, Гегель.
И. Кант (1724-1804) решал вопрос, как спасти "лицо" культуры от тех социальных "язв", о которых с горечью говорил Руссо. Кант рассматривал вопрос о понимании понятия морали.
Он считал, что мораль не является неотъемлемой характеристикой человека. Поэтому теория морали не может быть объяснением причин человеческого поведения, ее стремлений и желаний. В реальной практике человек, который знает, что такое хорошо и плохо, может поступить плохо.
Мораль предписывает человеку нормы поведения, требует от нее выполнения долга. Нравственность - это Обязанность, обращенной к человеку, а не от природы заложено в ней стремление или чувства.
Кант этически оправдывает культуру. Человек не может претендовать на "святость", на то, что в самой себе несет нравственное начало. Поэтому моральном ступени, на котором находится человек, отвечает самоограничения и самоподчинения долга.
Если человек в своей повседневной жизни, в своей чувственности не достойна самой себя, то нравственность пиднесуе ее над обыденностью бытия и над природой. Она делает ее культурной существом.
Кант считает человека высшей культурной ценностью, поэтому любые попытки унижения, закабаления личности соображениями экономической, идеологической, политической и иной целесообразности - антигуманные и антикультурные.
Значительный вклад в разработку вопросов культуры сделал Ф. Шиллер (1759-1805). Он выступал против порядков в тогдашней Германии и считал, что искусство радикальным образом поможет покончить с феодальными пережитками и утвердить принцип добра и красоты. Перед красотой ничто не может устоять. Искусство покоряет и возводит людей.
Красота - это необходимое условие формирования разумного индивида. Все остальные виды деятельности развивают лишь отдельные его силы, что делает его односторонним. Поэтому надо сделать человека эстетической, насколько это во власти красоты, ибо только с эстетической, а не по физическому может развиться моральное состояние.
Если Канта преимущественно интересуют нравственные аспекты культуры, а Шиллера - эстетические, то Г.Ф. Гегеля (1770-1831) - ум, он вводит в ранг фундаментальной силы исторического процесса. У Гегеля получает свою завершенность и полное отражение идея западноевропейской культуры о дерзновенную мощь человеческого разума. При этом Гегель считает, что только европейская культура является каналом, образцом, которому должны следовать другие народы.

Человеческий разум не только познает мир, но и превращает его: подчиняет внешний мир своей целью и господствует над этим миром.
Вся история человечества рассматривается Гегелем как процесс внешнего проявления силы мысли, как процесс эволюции человеческой культуры через эволюцию духа.
Гегелевская евроцентричного модель культуры, основанной на стремлении разума к решению всех проблем, оказалась очень уязвимой со стороны реальной логики человеческой истории.
Европейский тип культуры поставил уровень прогресса до конца второго тысячелетия на необъятную возвышенности. Но при этом и плата была слишком велика: гибнет природа, постоянно существует угроза атомной войны, народы Востока не воспринимают западный образ жизни.
Конечно, не следует винить во всем прогресс. Но может возникнуть вопрос, действительно модели культуры, разработанные эпохой Просвещения, такие безупречные.
Ответ на этот вопрос разрабатывалась следующим поколениям мыслителей в лицах Данилевского, Ницше, Шпенглера, Сорокина.
Центральное место в культурологический концепции Ф. Ницше (1844-1900) занимает жизни, основу которого содержит воля. Понять импульсы воли, ее характер возможно лишь с помощью искусства.
Ницше различает два вида искусства: аполлоническое и дионисийское.
Аполлоническое - критическое и рациональное, а дионисийское - творчески-чувственное, рациональное. Покорение Диониса Аполлону порождает трагедию. Эта трагедия - не только вид искусства, но и состояние человека, у которого творческое, интуитивное, образное, художественное начало подчиняется критическому анализу разума. Обращение Ницше к мифам о Аполлона и Диониса предоставляет его эстетическим взглядам мифологический оттенок.
Эстетическая мифология Ницше обнаруживает культурологическую направленность его идей. Трагическое мироощущение, основанное на борьбе аполлонического и дионисийского начал, позволило, по мнению Ницше, древним грекам домагтися огромных успехов. Но теоретический разум уничтожил истоки процветания древнегреческой культуры. Современное искусство должно возродить трагический миф, чтобы дать импульс энергии творчества. Ницше надеялся, что это возрождение искусства осуществится в музыкальных драмах Вагнера, с которым он некоторое время поддерживал довольно тесные творческие отношения.
В дальнейшем взгляды Ницше несколько меняются. Жизнь для него становится синонимом воли к власти. В сверхчеловеке он видит - окончательный смысл жизни и культуры.
Сверхчеловек - выражение и продукт трагических эпох, характеризующиеся подъемом искусства. Освобожденная от общественного влияния и морали стада, сверхчеловек несет ответственность только перед самим собой.
У Ницше впервые вырисовываются контуры разницы культуры как способа реализации всей полноты человеческого духа и цивилизации как формы его згашення.
В дальнейшем эти два способа бытия человека будут разведены по разным полюсам немецким философом О. Шпенглером (1880-1936).
В XX в. интерес к культуре постоянно растет. Он объясняется новым и новым материалом по археологии, этнографии, сравнительного языкознания, аналитической психологии и истории. Среди звезд на небосклоне культурологии следует отметить К. Юнга и К. Леви-Стросса.
Подход К. Юнга (1875-1961) к проблеме психологический. На психологию он смотрел как на средство, сближает науку и религию, что открывает путь к познанию смысла жизни и культуры. Занимаясь проблемами психологии личности, Юнг сделал вывод, что душевное здоровье личности и ее болезни имеют корни в социально-исторических процессах. К сожалению, эти процессы Юнг понимал в духе витализма, представители которого в основу органической жизни положили особую жизненную силу, от которой должны зависеть все проявления жизни.
В центре юнговськои концепции - "коллективное бессознательное".
Содержанием "коллективного бессознательного" являются общечеловеческие первообразы - архетипы (образ матери-земли, мудрого старца, демона и др.). Архетипы выражаются как в мифах и сказках, так и в магии, алхимии и т.д.
Архетипические образы исторически сопровождают человека. Они - источник мифологии, религии, искусства. В этих культурных образованиях проходила шлифовка путаных и ужасных образов бессознательного. Мифология была первоначально способом обработки архетипических образов. Если сознание не принимает опыт архетипов, если символическая передача этого опыта становится невозможной, то архетипы могут вторгаться в культуру в самых примитивных и жестоких формах. Вторжение "коллективного бессознательного" ведет не только к индивидуальным, но и к массовым психозам, всевозможных предсказаний, массовых беспорядков, войн.
Это коллективное безумие, по Юнгу, - закономерное следствие европейской культуры, ее прогресса в овладении миром с помощью науки и техники. История Европы - это история упадка символического знания. Техническая цивилизация куплена ценой отказа от единения с "душой" природы, от символа как образа бессознательного энергии, жизненной силы. Символы открывают человеку священное в природе и одновременно предостерегают его от непосредственного соприкосновения с колоссальной психической энергией архетипов.
Учение Юнга неоднократно подлежало критике. И все же интерес к идеям автора "архетипов" сохраняется и сегодня. Свои первые шаги культура делала не только при тусклом освещении сознания, но и под влиянием мощных толчков бессознательного психики первобытных людей. Это влияние оставил свои следы и в мифах, и в религии и в культурной символике и т.д. Поэтому труды Юнга - не только абсолютизация мистического и рационального в жизни людей: в них содержится оригинальная культурологическая концепция.
В XX в. в культурологии выдвигается структурно-антропологическая концепция. Она сложилась под влиянием семиотики, лингвистики, математики, кибернетики. Одним из выдающихся представителей этого направления в исследовании культуры является К. Леви-Стросс (1908), французский философ, антрополог и этнограф.
Важное место в концепции Леви-Стросса занимает понятие бессознательного. Для него бессознательное - скрытый механизм знаковых систем. Дело в том, что на бессознательном уровне человек манипулирует знаками, строя из них фразы, тексты, но делает это, подчиняясь определенным правилам, которые наработаны коллективно и стихийно и о которых многие не догадываются. Эти правила - элементы структуры языка.
Бессознательного творчество человеческого духа, по мнению Леви-Стросса, и лежит в основе культуры и языка, который выступает как необходимое условие культуры.
Следуя Руссо, Леви-Стросс идеализирует "человеческий дух" первобытных народов, их мифологическое мышление. Современные европейские народы, за Леви-Стросс, потеряли единство чувственного и рационального в своем культурной жизни, и это может привести к деградации гуманизма.
Надо вернуться к опыту первобытного человека, восстановить ее единство, целостность. Здесь важна роль антропологии. Или XXI в. будет столетием гуманитарных наук, составляющих в целом науку о человеке, или его не будет вовсе.
Й. Хейзинга (1872-1945) в своем труде "Ното ludens" ("Человек, играющий") защищает тезис об игровом характере культуры. Он считает, что игра
старее культуру, предшествует ей, создает ее.
Свою заинтересованность к человеку, играется, Хейзинга обосновывает тем, что люди оказались не столь разумными, как об этом внушало светлое XVIII в. в своем почитании Разума.
Игра в концепции Хейзинги - это культурно-историческая универсалия. Как общественный импульс, более старый по культуре, игра заполняла жизни, заставляла расти формы архаической культуры. Дух, формирующий язык, каждый раз перескакивал играя с уровня материального на уровень мысли. Культ перерос в священную игру. Поэзия ро


Предыдущие материалы: Следующие материалы:
Внимание!
Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.